Принимаю условия соглашения.
Раздел Власть
24 декабря 2013, 09:00

Алексей Кожевников, заместитель губернатора Вологодской области: «Я человек вне формата»

Алексей Кожевников, заместитель губернатора Вологодской области: «Я человек вне формата»
Фото: личный архив Алексея Кожевникова
«Я не боюсь этой работы, я ее знаю, — говорит про себя Алексей. — Я, наверно, никогда не буду чиновником. Не было случая, чтобы я кого-то не принял. Стараюсь помочь даже тогда, когда человек пришел не по моим вопросам. Не боюсь выйти на голову выше, если этого требует ситуация. Не чувствую себя винтиком в системе, я сам управляю процессом».

На работу в правительство области он может прийти в джинсах и свитере, если так удобно, знает даты рождения своих подчиненных и лично их поздравляет. Ведь когда Кожевников пришел на свое место в правительство, по его собственному признанию, он лично познакомился с каждым из своих подчиненных.

«Я пропагандирую человеческий поход к людям, потому что хочу, чтобы и ко мне так же относились», — говорит Алексей.

А еще Кожевников говорит о себе, что он человек вне формата. Всегда им был и всегда будет. Так как не любит быть таким, как все, и ему интересно преодолевать трудности и решать нестандартные задачи.

Алексей Кожевников на совещании

Не жалею, что не подданный Алжира

— До моего рождения родители пять лет жили в Алжире. Они уехали в Африку по контракту на строительство завода. Отец руководил группой автоматики. Мама забеременела мною там. Поэтому я немного темнее моих брата и сестры, — смеясь, рассказывает Алексей.

— А родились вы в Алжире или уже в России?

— В России. Потому что если бы родился в Африке, то стал бы подданным Алжира.

— Не жалеете?

(Смеется.) Нет. И очень рад, что родители приехали рожать меня в Россию. Я череповчанин. Люблю свой город, знаю его и ценю. Но вырос я больше все-таки не в самом городе, а на даче. У нас дача на реке Суде рядом с одноименным поселком. Там у нас сейчас и родительский дом, а раньше была только дача бабушки и дедушки. Дедушки, к сожалению, уже нет с нами, а бабушка жива. И сама содержит дом и огород.

— Помогаете бабушке?

— Сейчас получается реже, а в детстве много помогал. Часто за деньги. Я, например, возил кору для удобрения грядок. Тачка коры — столько-то денег. (Смеется.) Через какое-то время родители купили дачу неподалеку от дома бабушки. И было очень комфортно: и бабушка с дедушкой, и родители — все рядом.

Вообще, у нас достаточно большая семья: у папы и мамы в семьях было по трое детей. А я у родителей младший ребенок и тоже третий, сестра Наталья старше меня на восемь лет, брат Александр — на десять.

И когда летом к бабушке и дедушке приезжали мои родные и двоюродные сестры и братья, то постоянно собиралась «туса» из ребят разных возрастов. Удочка, лопата, лейка, корзинка с грибами и велосипед — вот основные предметы наших летних дачных занятий. Все мое сознательное детство прошло в доме бабушки и на даче у родителей. Конечно, хотелось быстрее повзрослеть, быстрее в школу.

— Школа была одиннадцатая, с физико-математическим уклоном…Я всегда был лидером

— Причем я после садика пошел не в первый класс, а в так называемый нулевой, с шести лет. А потом сразу во второй. В отличие от сверстников, я пошел в школу на год раньше, с шести лет, но зато и в четвертом классе отучился, в то время как все остальные из третьего шли в пятый. У нас был хороший, дружный класс. Сейчас, к сожалению, уже мало общаемся.

Но я, например, знаю, что у моего лучшего друга детства Дмитрия недавно родилась дочь. Надо бы обязательно увидеться с ним. Может, прочитает эту статью и позвонит или напишет. О другом друге, Сереге, с которым жили в соседних подъездах, знаю, что он тоже создает семью. А третий наш друг, его тоже звали Сергей, несколько лет назад трагически погиб. Очень жаль. Он был удивительный человек, достойный, настоящий друг.

— С остальными одноклассниками поддерживаете отношения?

— Очень мало, к сожалению. Постоянных отношений не сохранилось. Периодически общаемся только с некоторыми.

Алексей Кожевников принимает учстие в веревочном курсе с Корпорацией развития

— А встречи выпускников посещаете?

— Да, я стараюсь приходить. Но, увы, ребята неактивно встречаются. Вот на последний вечер встречи, который планировался месяца четыре назад, пришли всего три человека. И то только те, которые и сейчас дружат своей компанией. Вообще, нас, конечно, пораскидало. Я оканчивал школу в физико-математическом классе, там были очень талантливые ребята. Кто-то сейчас живет в США, кто-то в Германии, кто-то во Франции. Многие уехали в Питер и Москву. Я так посчитал, что в Вологодской области остались очень немногие из моих одноклассников.

Зато хорошие связи поддерживаются с учителями. Я стараюсь минимум раз в год приходить в школу. И сам, пользуясь положением, пишу им, чтобы приглашали на открытые уроки. А в этом году открывал линейку 1 сентября. Предложил взять шефство над каким-либо классом, провести уроки по экономике, организовать экскурсию в правительство области.

— Были ли вы лидером в своем классе?

— Я всегда был лидером. Только это выражалось по-разному. Например, я всегда был очень спортивный. И если дело касалось игровых видов, то всегда был капитаном команды, нападающим. За школу выступал в соревнованиях по волейболу, теннису. В один год выиграл почти все предметные олимпиады в школе. А, нет! Первое место у меня было по физике и математике, а по химии — второе. Правда, в городских олимпиадах участвовал всего один раз, может, два. Но зато у нас была команда по брейн-рингу, которая стала чемпионом города, и я был ее капитаном. Кубок сохранился у меня до сих пор. Мы показали тогда лучший результат, обыграв всех. Даже сами не ожидали.

Я был лидером не по оценкам, а по активности, по креативности. Возможно, иногда из-за этого было не очень хорошее поведение, так как был непоседливым.

Отдых в день рождения с друзьями

Я учился сразу в двух вузах и работал на двух работах

— Первая запись в вашей трудовой книжке — «инструктор по физкультуре»…

— Девчонки из нашей компании, в которой мы общались на первом курсе института, поехали вожатыми в пионерский лагерь. В то время это было модно, студенты любили это делать летом. Мне тоже предложили поехать. Но так как я опоздал с заявкой, то воспитателем устроиться не сумел. Сначала меня приняли в лагерь… грузчиком. Это не страшно, у меня есть такой опыт, так как в юности мы очень часто зарабатывали карманные деньги тем, что разгружали машины с различными товарами на оптовых базах.

А так как я был спортсменом, то после того, как я отработал один день, меня взяли уже физруком. И я в лагере вел баскетбол, волейбол, проводил утреннюю зарядку для всего лагеря. На следующий год поехал уже воспитателем. У меня был классный отряд: человек двадцать девчонок и трое ребят. Девчонки строили парней капитально. Единственной защитой для ребят был я. (Смеется.) Нам с ними приходилось противостоять целой бригаде девчонок…

После двух с половиной лет учебы в институте металлургии и химии ЧГУ я поступил еще в один институт — ИМИТ СПбГПУ. И учился сразу в двух вузах, в одном очно, в другом заочно. И на работу пошел. И фирму открыл! В фирме с моим компаньоном мы занимались проведением маркетинговых исследований. Правда, что-то у нас не очень удачно получилось, и мы прикрыли эту тему. Тем не менее зачатки коммерческой жилы во мне зародились. Вернее, они были и так, но в то время усилились.

— И как вы все успевали?

— Нормально успевал. В двух институтах учился, на двух работах работал, да еще и спортом занимался. Было очень интересное время. В ЧГУ я был старостой группы. Окончил университет с отличием, а через полгода с отличием окончил и второй вуз. Правда, второй диплом мне выдали синий, хотя в нем почти одни пятерки. А синий он потому, что я госэкзамен сдал на четверку.

На экзамене мне попался очень непростой вопрос, а я сидел практически за одним столом с госкомиссией. Соответственно, очень волновался и не смог полностью раскрыть вопрос. Они и поставили четверку. Я пытался убедить комиссию не лишать меня красного диплома. Не послушали… После окончания ЧГУ я работал электромонтером на «Северстали», на участке печей в листопрокатном цехе № 2. Но я оттуда ушел — решил не идти по пути отца, а попробовать себя в другом.

— На «Северсталь» вы пошли по рекомендации папы?

— Все не так однозначно. Я почему-то все делал «на сопротивлении». Отец рекомендовал мне идти работать на «Северсталь» — я пошел, но потом решил все изменить. Я уволился и стал искать новую работу. Нашел работу по объявлению в газете в коммерческой организации «Русский свет». Устроился туда стажером. Потом стал менеджером, начальником группы, начальником сектора и был включен в кадровый резерв директоров филиалов. Это в 22 года. Когда я устроился в «Русский свет», филиал продавал в месяц продукции на сумму около пяти миллионов рублей, а теперь только мой отдел делал по двадцать-тридцать миллионов. А лично я закрывал крупнейший на то время контракт на 115 миллионов. То есть представляете, насколько мы смогли вырасти. Думаю, конкуренты меня просто ненавидели…

Со временем я перерос эти должности, и мне хотелось расти дальше. И тут мне предложили перейти на «Северсталь» начальником коммерческого отдела одной из крупнейших дочерних компаний — «Электроремонта». Мне было очень интересно это предложение. В «Электроремонте» у меня было большое хозяйство: снабжение, в том числе стройки, и технологии, логистика, перевозка и хранение опасных грузов, склады, оптимизация запасов — в общем, много полномочий. Я был, пожалуй, единственным начальником коммерческого отдела в холдинге, которому удалось сократить запасы. Борьба с запасами — это всеобщий бич комбината. И когда я смог их сократить в два раза за один год, ко мне за опытом присылали представителей других компаний. Тогда мне было 25.

Китай. Официальные переговоры.

Предложение мэра перейти в администрацию я принял не с первого раза

— Как вы думаете, когда вы попали в зону внимания будущего губернатора?

— Все было просто и банально, как это и бывает всегда. Я сам пробивался на «Северстали» и за два с половиной года, что там работал, из молодого начальника отдела вырос в достаточно уверенного руководителя. Надо честно сказать, комбинат сделал меня руководителем, менеджером. Работая на «Северстали», я попал в круг надежных людей, был на виду. Я чувствовал, что «на меня ставили». И когда создавался «Северсталь-Промсервис», мне было предложено там хорошее место. Более того, я сам участвовал в создании структуры «под себя».

В это время Олег Александрович Кувшинников, будучи мэром, стал искать молодых толковых ребят для работы в городской администрации. Мэр проводил изменения, и ему были нужны лидеры изменений, не работавшие ранее в администрации, имеющие свежий взгляд. Потому что со старыми кадрами изменений не сделать. Соответственно, за меня ходатайствовали перед Олегом Александровичем, я даже догадываюсь кто. Моя кандидатура попала ему на стол, и Кувшинников пригласил меня. Мы с ним встретились, я увидел его в первый раз. В то время я был в стадии перехода в «Промсервис», а мэр сделал мне предложение работать в администрации.

— Долго думали над предложением?

— Нет. Я быстро отказался. Тем не менее мэр вскоре, недели через две, снова пригласил меня для беседы и предложил новые условия. Это не было у нас каким-то торгом. Ведь он не знал меня, я не знал его. В первый раз он предложил мне работу, я пояснил объем своих компетенций и объем своих ожиданий. Они не сошлись, мы не договорились.

В следующий раз Олег Александрович, понимая, на что я рассчитываю, сделал мне другое предложение, и мы после некоторой корректировки договорились. Я принял решение с «Северстали» уйти в мэрию, стал работать руководителем инвестиционного агентства «Череповец». Мне интересно работать на прорывных должностях, быть кризисным менеджером, получать новые нестандартные задачи и решать их. Этим обуславливается, что у меня быстро менялись места работы — через полтора-два года: после решения задач я обычно иду дальше.

Команда Кувшинникова умеет работать на результат

— Следующее место работы, Корпорация развития области, тоже стала переходным этапом?

— Это та же история, что и с инвестиционным агентством. В случае с агентством была задача создать структуру, имеющую креативный подход, некое другое мнение, оппонировать мэрии в части развития проектов и продвижения города в бизнес-среде. Мы это делали, и делали хорошо, у нас была прекрасная команда. Я всем ребятам очень благодарен. Когда мэр уехал в Вологду, я работал еще примерно два месяца в ИА «Череповец», до того как теперь уже губернатор пригласил меня в областную администрацию.

— Наверное, как человек, обладающий амбициями, вы ждали этого предложения?

— Думаю, что да, я хотел в Вологду. Но не в областную столицу как таковую, а продолжать работать в той команде, что у нас сложилась. Ведь результат достигается только при работе вместе. И команда Кувшинникова — это та команда, которая умеет работать на результат. Молодые люди — возможно, не самые опытные. Но то, что эта команда умеет беспрецедентно собираться в нужные моменты и делать просто феноменальные вещи, — этого у нас не отнять. И мне хотелось работать конкретно с губернатором. Такое желание точно было!

Олег Александрович понимал, что региону нужны точки развития, нужны люди, которые ломают определенные стереотипы, и мне была предложена такая роль. Я вместе со своими ребятами из агентства разработал концепцию Корпорации развития, показал Кувшинникову, и мне предложили возглавить ее. Хотя, когда я разрабатывал идею, признаюсь честно, не был уверен, что мне предложат место гендиректора корпорации. В общем, так я оказался в Вологде. Скажу, что меня устраивала работа и в агентстве, и в корпорации. Агентство работало очень активно. И то, что можно было выжимать из потенциала Череповца, мы выжимали. А в корпорации мне не хватило где-то полгода или года для воплощения ряда смелых идей, что у нас имелись. Но компания, которую я создал, работает, и я уверен, что новое руководство доведет до ума все начатое...

Я не чиновник и надеюсь, что никогда им не стану

— Не жалко было покидать созданную вами Корпорацию развития?

— Я покинул ее после предложения стать заместителем губернатора. Я не чиновник и надеюсь, что никогда им не стану. Для меня было важным при принятии решения о переходе в правительство области то, что корпорация могла эффективно действовать только при поддержке правительства, и теперь, на новом месте, я могу продолжать начатые проекты. Несмотря на то, что идеологом корпорации является губернатор, а оперативное управление у генерального директора, непосредственно курируется она именно замом по экономическому развитию. Также для меня это и безусловный рост, и прямое общение с губернатором, и, конечно, работа в команде. Мне хочется решать новые задачи, и я не жалею, что согласился. К сожалению, больше всего страдает семья — оттого, что я постоянно на работе, но тут уж ничего не поделаешь.

Кашу своим дочкам варю сам

— Кстати, о семье. Расскажите, как вы познакомились со своей женой.

— Это интересная история. Когда я учился в ЧГУ, несколько моих друзей-студентов решили поехать на юг, в Крым. Мне стало известно об этом в последний момент, и когда я узнал, то захотел с ними поехать и экстренно собрался. Мы приехали в Судак. Там в дайвинг-центре «Шельф» нас учили подводному плаванию. Там же я познакомился с Настей, и у нас завязалось обычное общение. Но потом выяснилось, что она из Вологодской области, и более того, из Череповца, это было удивительно потому, что в дайвинг-лагере собрались студенты со всей России. Мы общались, у нас оказалось много общих череповецких знакомых. И уже в ранге друзей мы вернулись в Череповец. Здесь наши отношения переросли в более серьезные, мы решили, что будем встречаться. Также мы решили, что на следующий год уже вместе поедем в тот же лагерь.

На следующий год мы поехали в Судак, туда, где мы познакомились, уже в качестве пары. Именно там я и сделал моей будущей жене предложение. И ехал я уже с этой мыслью и кольцом. Она об этом, конечно, не знала. Признаюсь, в душе я абсолютно законченный романтик и специально по этому случаю написал стихи. Мы пришли на берег моря. Помню как сейчас, была ночь. Я сделал предложение, прочитал стихи, подарил кольцо и цветы. Она приняла предложение, и, приехав в Череповец, мы сказали родителям, что собираемся стать мужем и женой.

Алексей Кожевников с женой Настей и детьми

Мы договорились пожениться через год, следующим летом. Но летом не получалось, и мы перенесли на май. Но жениться в мае — это всю жизнь, как говорят, маяться, и перенесли на апрель. Но в апреле у меня намечалась работа по диплому, и мы перенесли на март. И так допереносились, что в итоге запланировали на 28 января. Так что мы на полгода придвинули свадьбу и вместо того, чтобы пожениться через год, расписались через четыре месяца. Достаточно быстро все произошло. Мне было тогда двадцать один, Насте двадцать. Вместе мы уже восемь лет, и у нас две дочки — Катя и Вика.

— Какой вы отец? Строгий или балуете своих дочурок?

— Наверное, я не могу назвать себя очень хорошим отцом, к большому моему сожалению. Я не домашний и все время на работе. Детям меня не хватает, а мне очень не хватает их. Но я стараюсь отдать им столько времени, сколько у меня есть. Жаль, что его очень мало. В основном это в выходные и утром, когда мы вместе просыпаемся, я их бужу, они умываются, я рассаживаю их на кухне, варю им кашу сам.

— Сам?!

— Да, приготовление завтрака — это мое. Жена у меня сова, она рано утром не встает. Поэтому я варю кашу, жарю яичницу, или едим с девчонками йогурты, мажу им тосты, пою чаем, завтракаю сам. После того, как я их покормил, отдаю их жене, сам иду на работу. Вечером я не всегда успеваю приходить, пока они не спят. Они ложатся в девять, в десять засыпают, а я только появляюсь в коридоре.

Алексей Кожевников с женой Настей и детьми в музее науки

Очень благодарен жене, что принимает меня таким

— Как семья приняла ваше назначение и переезд в другой город?

— Нелегко. Жена пока не очень привыкла к в Вологде. Она домашняя, очень привязана к своим родителям, и ее, конечно, напрягает отсутствие помощников, бабушек и дедушек. Поэтому Настя делает все сама, сама, сама, а это тяжело. Дети же приняли переезд хорошо, им нравится в Вологде, нравится садик.

— Чем занимается ваша жена?

— Пока ничем. Она домохозяйка, и по дому дел с детьми хватает.

— А вот такой вопрос. Скажем, есть срочное домашнее дело и одновременно срочное дело на работе, что вы выберете?

— К сожалению, работу. На этой почве у нас бывает непонимание с женой. Настя иногда может сказать, например: «У меня сильно болит голова, я не могу, забери детей из садика». Но у меня в это время совещание, и я вынужден отказать. У меня нет своего времени, я живу по графику правительства области.

К сожалению, я не могу распоряжаться собой в течение дня: провожу большие мероприятия, что-то открываю, проходят совещания, рабочие группы, комиссии, много работаю с документами и почтой. Сфера у меня очень большая и ответственная, приезжают люди из районов, других городов и регионов, бывают международные визиты. И я не могу уехать с работы на два часа. В Череповце, конечно, было проще, а сейчас из меня не очень хороший помощник жене. И я очень благодарен Насте, что она приняла меня такого, какой я есть.

Текст: Эдуард Абрамов
Фото: из личного архива Алексея Кожевникова