Принимаю условия соглашения.
Раздел Общество
18 декабря 2013, 13:27

Анатолий Ехалов: «Нас спасет другая экономика»

Анатолий Ехалов: «Нас спасет другая экономика»
Фото: автора
Что поможет нам выстоять в сложной экономической ситуации? Известный вологодский краевед, режиссер, писатель и журналист считает, что вологжанам по силам справиться с этой задачей. Нам пора вспомнить опыт предков - мастеров-кустарей, оценить преимущества сельской экономики и призвать к ответу чиновников за ее развал.

Михалков не врал

— Анатолий, совсем недавно бурно обсуждали новый документальный фильм Никиты Михалкова «Чужая земля» о гибнущей русской деревне. Как думаете, что заставило весьма лояльного режиссера снимать «крик души»?

— Знаю, что многие Михалкова осуждают. Приехал, мол, купил полрайона. Хотя на самом деле земля арендована. Среди всей мерзости и запустения появляется хозяйство. Пусть и охотничье, но здесь есть рабочие места, сюда можно приехать отдохнуть.

Я думаю, что фильм — его реакция на то запустение, которое он видит вокруг. Снято талантливо, хотя смотреть на это просто жутко, не надо обладать каким-то особым талантом, чтобы показать. Мне кажется, у режиссера это была ответная эмоциональная реакция, попытка показать, что такое земля без хозяина. В этом наша трагедия: городская цивилизация себя, как мне кажется, исчерпала, а село заброшено. Едешь по области, и видишь безысходность в глазах людей.

— Как раз хозяева-то у земли формально появляются: участки покупаются, продаются…

— Да, земля скупается, трижды перепродается, сдается в кредит, кредиты выводятся в офшоры. Но такой земельный рынок не сможет вытащить нас из трясины.

— В таком случае, что вытянет?

— Еще в конце 19 века шли споры о том, какой должна быть экономика России — индустриальной или аграрной. Но был и третий вариант, о котором мало кто знает — многоукладная, аграрно-кустарная экономика. Я недавно закончил книгу «Забытые ремесла русского Севера». Только в официальном реестре существовало около трех тысяч промыслов и ремесел. Сегодня мне удалось найти следы 400 из них. В области были зарегистрированы 250 тысяч кустарей, всего по стране -10 миллионов!

И был такой губернатор, Кормилицын (Михаил Кормилицын занимал пост в 1882–1892 годах — Прим. Ред.), он все это прочувствовал и создал выставку. Вот тогда вологодские кружева начали получать «золото» на парижских выставках, прославились устюжская чернь, резьба по бересте и многое другое. Кто сейчас, например, знает о том, что сто лет назад Вологда славилась своими свечами? Крестьянская цивилизация, на мой взгляд, самая гармоничная.

— Но это все-таки было сто и больше лет назад. Сейчас в области совсем другая парадигма: все, что работает, должно приносить доход.

— Один знакомый рассказывал о молочной промышленности. У него — крупный животноводческий комплекс, производят молоко. Я ему говорю: это же невыгодно! Он мне привел ответ цифры, настоящие, не те, что в официальных отчетах. Оказывается, производство молока выгоднее, чем наркобизнес, 300% прибыли не имеет ни один наркобарон. Мне кажется, сельская экономика страдает в первую очередь от полукриминальных элементов, которые все скупают и банкротят. А государство, видимо, занято другими делами.

Лишний народ

— Вот вы чуть раньше сказали: многоукладная экономика. Как она может выглядеть сейчас?

— Движение к ней уже началось. У деревни есть шанс подняться, производя на ЛПХ экологически чистые продукты, которые имеют очень высокую цену. Во всяком случае, хочется в это верить. Приведу конкретный пример: у меня есть товарищ, его зовут Виктор Мишинцев. Еще в конце 70-х годов он приехал в Кирилловский район, в деревню Куракино, его жена даже продала квартиру в Новосибирске, чтобы купить муфельные печи для обжига гончарных изделий. Деревня почти вымерла, ползали несколько мужиков, отравленных алкоголем.

Сегодня там нет ни одного свободного дома! Виктор с Ниной наладили производство гончарных изделий, и вокруг этого центра начали собираться мастера со всего Северо-Запада. Кто-то занялся плетением, резьбой. Последний дом в Куракино купил москвич, вложил сумасшедшие деньги — 4 миллиона рублей. Виктора сейчас зовут «Витя барин». Но этот «барин» встает в 4 часа утра и пашет, пашет, пашет… Еще один мой друг приехал из Питера, сейчас это лучший резчик в области, человек, который создал музей деревянной лодки, и вокруг тоже собирается целый круг. У него заказов — на пять лет вперед!

— Но вы, наверно, согласитесь с тем, что это пока — движение одиночек. Как выжить всем?

— Не нужно ждать указаний «сверху». Надо осознать, что возвращение на землю — может быть, единственная возможность спасения. В 1990-х годах народ не раз начинал что-то делать, и получал по рукам. Это колесо чиновников — оно не входит в соприкосновение с другими механизмами, вращается само по себе. Бездушная машина, которая идет и давит, оставляя за собой пустыню. Сколько можно привести примеров в Вологодской области, когда самые прекрасные порывы были уничтожены!

Сейчас же развитие пошло по такому пути: современная элита прибрала к рукам все ресурсы и теперь не нуждается в народе. Пятнадцати миллионов вполне хватит, чтобы обслужить трубу. В ведомстве Эльвиры Набиуллиной родился проект переселения 800 неперспективных городов. Они обозначили 12 агломераций, вокруг которых будет теплиться жизнь, остальную территорию под зачистку. Нам надо спасаться, чтобы не оказаться лишним народом.

Самодовольство — не счастье

— И как в таком случае разговаривать с властью? Требовать, бунтовать?

— Насчет бунта — все-таки один раз мы уже проходили через этот ужас: все отобрать и поделить. Может, люди думают, что власть у нас все-таки хорошая, решает какие-то серьезные вопросы… Надо перестраивать сознание самим, находя счастье не в том, сколько кто украл и сколько построил комнат. Знаете, что случилось с одним из первых крупных бизнесменов в Вологодской области? Он отгрохал себе дом на 26 комнат, а потом застрелился.

— Но тех же чиновников и депутатов по их виду не назовешь несчастными людьми.

— Они самодовольные, но самодовольство и счастье — вещи разные. Они сами себя произвели в элиту, не думаю, что таковой их считает народ. Вот наши вологодские депутаты. Чем они занимаются? Чем больше область развалена, тем больше у них орденов и медалей, выше зарплаты — за что, за какие заслуги?

Но рано или поздно маятник качнется в другую сторону, и к власти придут новые люди: деятельные, ответственные и бескорыстные. Есть такая легенда: когда умирал Александр Македонский, он просил похоронить его ладонями вверх, чтобы все видели: человек, завоевавший мир, уходит в иной мир с пустыми руками. Верю, что такие люди есть и на земле вологодской, и они еще встанут у руля.

Олег Нечаев

Анатолий Ехалов родился в 1951 году в деревне Новинка (Ярославская область). Затем семья жила в Шекснинском районе, в деревне Потеряево. Выпускник факультета журналистики Ленинградского государственного университета. Написал около 20 книг, снял более полутора сотен документальных фильмов, автор популярного цикла передач о вологодской глубинке.