Принимаю условия соглашения.
Раздел Общество
19 марта 2018, 08:00

«Ждите нас с индейцами»: череповецкая журналистка испытала на себе жизнь вне цивилизации

"Ждите нас с индейцами": череповецкая журналистка испытала на себе жизнь вне цивилизации
Фото: Е.Срапян, А.Федоров
Елена Срапян, в недавнем прошлом журналистка одного из череповецких изданий, уже более года путешествует по Южной Америке вместе с возлюбленным Александром Федоровым, московским фотографом и журналистом. Побывали в более чем десятке стран (от Кубы до Перу, впереди Колумбия, Бразилия и Аргентина), забирались далеко в джунгли, жили в индейских племенах, куда не ступала нога белого человека. Дневники своих передвижений, подчас опасных, отчаянные путешественники ведут в интернете, а их репортажи и интервью с ними выходят в ведущих журналах о путешествиях и образе жизни.

Пара работает над большой фотовыставкой, посвященной индейским племенам. И рассчитывает ни больше ни меньше прогреметь на весь мир. Елена Срапян рассказала о том, какими голосами кричат ночные джунгли, много ли соврали писатели в романах об индейцах и кто надоедливее — южноамериканские мухи пури-пури или вологодские комары.

Звонок застал Елену в Перу, в городе Икитос — это первый большой порт на Амазонке. Череповец утонул в сумерках, а в Южной Америке просыпалось утро и экс-череповчанка, отправив спутника к индейцам, собиралась завтракать. Она уже пару дней не выходит из дома, потому что страдает чем-то вроде лихорадки: высокая температура, слегка потряхивает и живот болит. Но для путешественников эта хворь — как для нас насморк: можно махнуть рукой. Привыкли.

«Еще день-два, и пройдет, тут такое часто, — весело говорит журналистка. — Мы антибиотиками спасаемся, у нас их горы». Позавтракав ими на скорую руку, Елена принимается рассказывать.

Зачем приехали

Саша и раньше много снимал различные племена, не только индейские, в разных уголках мира. И за ним в среде фотографов и путешественников уже закрепилось это реноме. Меня эта тема тоже всегда интересовала, Южная Америка — моя давняя любовь. Я уже побывала здесь года три назад, была вполне такая туристическая поездка. После этого взялась за изучение испанского языка. А потом я уволилась с работы. У нас появилась своя квартира в Москве, где мы могли бросить вещи. Короче говоря, все идеально совпало для длительной поездки. И мы полетели в январе прошлого года. Почему так надолго? Чтобы достойно снять людей, нужно сжиться с ними, проникнуть в их психологию. А для этого иногда месяца мало… Мы бы и пять лет могли здесь путешествовать, но много других идей и планов.

В гости к индейцам

Сначала мы задумали обзорное путешествие: ездим, фотографируем и пишем статьи в разные журналы. Идея проекта с индейцами родилась уже здесь. И первое индейское племя (яномами), до которого мы решили добраться, располагалось в Венесуэле. Вообще, передвижения здесь, особенно в глубинку, очень дороги. Но в Венесуэле сейчас кризис, и, если у тебя есть 100 долларов в кармане, здесь ты король. Нас все отговаривали ехать в Венесуэлу, даже сами венесуэльцы. Пугали криминальной обстановкой и прочими ужасами. Но мы решились. Когда переходили границу, выпили бутылку рома на двоих, потому что было реально страшно. Но, как часто бывает, все оказалось далеко не так, как рассказывали. Впрочем, благополучной эту страну тоже не назвать. Там темнеет в 6—7 часов вечера, и с этого времени из дома лучше не выходить. Во всяком случае, в одиночку или даже вдвоем. Ограбят только так, и это еще хорошо отделаешься. Улицы пустеют, ни души. Все магазины закрываются, входные двери запираются решетками.

Нам очень повезло, мы встретили представителей племени яномами, самого затерянного и неинтегрированного, а потому необычайно интересного. И они согласились взять нас с собой в деревню, мы плыли с ними вверх по Ориноко шесть дней. Потом отправились в другую деревню, а оттуда — дальше. Бензин в Амазонии дорогущий, даже по нашим меркам, и мы могли передвигаться только на попутных лодках. Первое путешествие получилось трудным, потому что мы не были к нему готовы. Не взяли еды, думали, что сможем купить ее по дороге. Мы не знали, что яномами едят лепешки из юкки и кусок рыбы варят на всю деревню. Закрытую одежду тоже не взяли — и скоро раскаялись в этом.

Как реагируют на нас индейцы? По-разному, но с враждебностью мы не сталкивались пока. Яномами ценят силу, сострадание у них не в ходу. Если ты голоден, на это всем плевать. Они могут запросто порыться в твоих вещах, взять что-то и не отдать. Но так они ведут себя и по отношению друг к другу, поэтому мы не были исключением. А вот у ваорани, которые живут в Эквадоре, теплые отношения в племени, и так же они относились к нам.

При этом и те и другие воспринимали нас с большим любопытством, особенно дети и старики. Дети облепляют, задают массу вопросов, они говорят по-испански, в отличие от многих своих старших родственников. У меня разноцветные волосы, и индейцы запросто подходят, рассматривают их, трогают. Непосредственные ребята. С фотографированием индейцев проблем в основном нет. Хотя попадаются те, кто боится фотоаппарата, считая, что он может причинить им какие-то неприятности. В Перу две женщины из индейского племени спрятались от нас, потому что в деревнях еще живо поверье, будто иностранцы вырывают глаза. В другой раз нам запретили фотографировать ритуал, когда мужчины собираются и вдыхают через нос размельченную кору местного дерева, что дает кратковременный галлюциногенный эффект.

Нас много спрашивают о России. В основном у местных жителей (я не беру неконтактные племена) знания о нашей стране ограничиваются тем, что «в России очень холодно». И когда они смотрят наши фото со снегом, удивляются как дети. Самые образованные знают, что Россия большая и ею правит Путин. Спрашивают, что мы едим, в каких домах живем, сколько детей в семье. Вообще, семья для индейцев очень важна. Скажи мне, какая у тебя семья, и я скажу, кто ты. Такой у них принцип идентификации человека. Яномами, прежде чем узнать твое имя, спросят, как зовут твоих родителей. А второй вопрос: как называется твое «шабоне»? То есть то место, где ты живешь. Я отвечала: «Мое шабоне — Москва».

Джунгли и обитатели

Ходить по джунглям очень трудно. Там всякое-разное растет, и почти все с шипами. На индейской тропе грязища, поскальзываешься, падаешь. И прямо в эти колючие кусты. Жуткое дело. В шортах ходить по джунглям нельзя — придешь с кровавыми ногами. Нужно надевать брюки, несмотря на жару и высокую влажность. Но будь готов, что лицо все равно расцарапаешь.

Насекомые Южной Америки — это отдельная тема. От комаров и москитов еще худо-бедно можно спастись, побрызгав репеллентом. А на мушек пури-пури ничто не действует. В Венесуэле они были повсюду, кусают больно. Заживает медленно, все чешется, расчесываешь до крови. Наши русские комары, даже в самых глухих лесах Вологодчины, сущие ангелы в сравнении с пури-пури. От них можно спастись средствами от насекомых, к тому же наши комары дислоцируются в определенных местах, и от них можно просто уйти. А тут эти мушки повсюду. Я не была в Сибири, где водится гнус. Говорят, он еще хуже.

Зверей в джунглях много, но к нам в глаза они не бросаются. И на нас, к счастью, не бросаются тоже. Но ночами, особенно в глуши, с непривычки не сразу уснешь: очень много громких звуков. Кто-то воет, кричит, стрекочет. Но почему-то это не пугает.

Змей в джунглях немало, но ядовитых мы встретили всего два раза. Мы не ходили по джунглям в одиночку, и в обоих случаях проводник из местных спасал нас от змеи. Одна была довольно крупной, метр длиной, наш сопровождающий отрубил ей голову мачете и назвал ее плохой змеей.

Еще об индейцах. Правда и вымысел

В племенах, с которыми мы познакомились, индейцы в основном ходят одетыми. Потому что миссионеры побывали почти повсюду. Но и свои традиции они стараются сохранить. Например, их предки подвязывали свои детородные органы кверху веревкой, и потомки продолжают это делать. Но надевают штаны, и видна только веревка. Женщины у индейцев часто ходят голыми по пояс, особенно те, кто кормит детей. Это считается вполне нормальным.
Индейцы из книг, которые мы все читали в детстве, довольно мало похожи на реальных индейцев. Вокруг костров они не пляшут и не говорят отрывочными фразами вроде: «Орлиное перо миновал 17 лун». Это очень умные, если не сказать мудрые, люди, очень живые и любопытные. Лодки-долбленки имеются, дома из листьев попадаются, но не так часто. Набедренные повязки тоже можно увидеть, особенно у стариков в удаленных деревнях. Из луков стреляют и сегодня, луки тут абсолютно у всех индейцев. Копья тоже. И даже дротики с ядом кураре по-прежнему в ходу. Ну и ружья, конечно. Стреляют невероятно метко. Для нас они супермены. Едем на моторной лодке, сидящая на носу тетка показывает знак — дескать, глуши мотор. И уходит в лес, а вскоре возвращается с добычей. Как она услышала дичь через звук мотора?

Где живем, чем питаемся

Бюджет у нас небольшой, даже очень небольшой. Примерно 500 долларов на месяц. Этого хватает на еду, на передвижение (самым-самым эконом-классом) и немножко на проживание. По ходу дела пытаемся заработать, приходят какие-то гонорары за публикации.

Чем питаемся? Это зависит от того, как далеко мы от цивилизации и сколько у нас денег на данный момент. В Венесуэле пришлось неделями жить на лепешках из маниока, это местный корнеплод. По вкусу лепешки немного похожи на черный хлеб, они разбухают в желудке и дают ощущение сытости, но нормальным питанием это не назовешь. Иногда приходится поесть мяса, потому что индейцы живут охотой. Чего мы тут только не попробовали. Мы шутим, что животных видим в основном в своей тарелке. Ели мясо каймана, черепахи, дикой свинки под названием пекари, ели грызунов, названий я не запомнила. После этого, когда нас угостили олениной, ее вкус уже показался более-менее домашним.

В Перу мы пили местный белый квас из сладкой юкки. Ее погружают в большой котел и плюют туда для ферментации, то есть чтобы забродило. Пить можно. Слава богу, с водой проблем нет, все индейские деревни стоят на берегах рек, можно помыться, постираться. Ночуем зачастую в джунглях. Когда живем в каком-то племени, ставим палатку не на землю, а на площадку на сваях, которые индейцы делают. Чтобы змеи не заползали. Жили в домах из глины, но в палатке лучше. В нормальном, в нашем понимании, доме с кроватью удается поспать очень редко, и, когда такое случается, для нас это просто рай.

По дому скучаю сильно. В первую очередь по родным, по друзьям. По нормальным разговорам. А если говорить о еде, то черный хлеб с селедкой прямо снится. Местная пища надоела жутко. Скучаю по нашей квартире, где можно жить. Даже не верится, что где-то на земле есть место, откуда не нужно уезжать через три-четыре дня. В Россию планируем вернуться весной или летом, и думаю, что нескоро захотим куда-то отправиться так надолго. Сделаем фотовыставку (проект очень дорогой, и, если кто-то хочет нам помочь, найдите нас в интернете), откроем ее в Москве, а потом есть мысли повозить выставку по России.
Череповец, жди нас с индейцами!

Текст: Иван Воронов
Фото: Елена Срапян, Александр Федоров